Эльжбета возвращалась из гостей, от своей старшей сестры Эльзы, к себе домой. Её старшая сестра жила, в одной из многочисленных рек в старушке Европе. Сёстры были пресноводными русалками, с разницей в возрасте всего в три года. Их мама, Мария родила их от одного мужчины, поляка по происхождению и истового католика Лешека. Так, что связывающие их кровные узы, не были для сестёр простыми словами. Скоро дом, приходили умиротворяющие мысли, в голову к Эльжбете. Она любила эту небольшую речушку, протекающую через Центрально-Чернозёмную зону. Именно сюда, они приплывали с её мамой, несколько лет назад. Когда мама ещё была жива. Эта совсем крохотная река, несла свои воды, перекрываемые в нескольких местах большими платинами и это отталкивало от неё многих, и многих её сестёр - русалок, и её конкуренток в среде их обитания. Она уже несколько раз выходила из воды, превращаясь в женщину и перейдя пешком через очередную плотину опустившись в воду, где она вновь становилась собой. Хорошо, что сегодня всю летнюю ночь шел дождь и никто её из людей, не видел. Сегодня была гроза и все разумные люди сидели дома, за исключением одного рыбака, деда Пети. Сидевшего у последней платины и спящего в накинутом плаще из грубой ткани, под перекрытием из плит, уложенных над сливом воды, из огромного пруда. Он так сладко храпел, что Эльжбета мысленно позавидовала ему, а потом она, озорно сверкнув голубыми глазами бросилась в воду рядом, но даже сильнейший всплеск воды в этом пруду, не разбудил этого заядлого рыбака.
И вот проплыв насквозь этот последний пруд, она выбралась на берег у небольшой верхней плотины и направилась уже вдоль полноводной реки к своему счастливому затону, оканчивающегося заливом в виде небольшого блюдца. С кристально чистой и теплой водой. Берега затона поросли камышом и деревьями, создавая из них удивительней, зелёный коридор. Там дом, вот последний поворот на лево в протоку и…
Эльжбета почувствовала, как какое-то бревно неожиданно упёрлось ей в левую грудь. Протянув руку в предрассветной темноте, она нащупала его, а потом присмотревшись увидела, что над поверхностью воды в её затоне попрёк, устроена плотина из веток и брёвен. Откуда здесь взялось это сооружение, а?! Ведь меня не было, только три недели дома?!
- Посторонись…
Услышала она голос сзади. Обернувшись, она увидела растопыренные ноздри, торчащие над водой, а потом и здоровенную морду бобра. Эльжбета инстинктивно отстранилась, уступая дорогу плывущей мимо неё, наглой морде. Тот ловко взобрался на вершину плотины и русалка рассмотрела его. Это был огромный самец длиной тела более метра, с массой тела больше тридцати килограмм.
- Ты кто?
Неуверенным тоном спросила она, смотря на бобра. Тот, почёсывая свои толстые бока лапами, лениво ответил:
- Я Борька, а ты хто?
- Я русалочка…
— Это я вижу, что не килька. Звать - то тебя как?
-Эльжбета.
Растерянным голосом, произнесла в ответ русалочка.
- Так, значиться Бетка.
И уставившись на неё своими темными глазами и не мигая, задал очередной вопрос:
- Ты чего, тута делать собралась?
- Я, это… Домой вернулась. И вообще это мой дом.
Ответила русалочка.
- Не, это мой дом и моя платина.
Самоуверенно, произнес в ответ бобр.
- Да я её сейчас одним взмахом, снесу.
Решительно произнесла Эльжбета и протянув руки хотела вытащить бревно из тела плотины, но смогла только оторвать несколько веток от бревна, под водой. Бобр, снисходительно смотря, с вершины плотины на бесплодные попытки русалки, направленные на разрушение его гидротехнического сооружения, с угрозой произнес:
- Плыви-ка ты отсюда, камбала сушёная, а то я за себя не ручаюсь.
И мощным ударом своего хвоста, поднял фонтан из брызг перед её лицом. Русалка, отпрянув и сверкнув глазами в ответ, только зло прошипела:
- Ну подожди, доберусь я до тебя…
Уже отплыв от своего затона, она услышала, слова бобра, сказанные ей с издёвкой:
- Слышь, ты как там тебя?! А то давай ко мне в жёны, я ещё не женат…
Эльжбета в ответ молча, подняв правую руку над водой, показав ему средний палец. И только потом услышала смех, а затем и всплеск воды в её затоне, за соей спиной.
Вернувшись к плотине, разделяющий пруд и реку. Она, выйдя из воды, уселась на импровизированный стул под большой, раскидистой ракитой склонившийся к реке. Да многое здесь изменилось, за три недели которые она не была на этом месте. Земля на площадке для лова рыбы выровнена, изготовлена хорошая лавочка со спинкой. Рыбаки укрепили на самом краю берега, подставки под удилища. Оборудовав это место, для ловли рыбы из реки. Солнышко выкатились из-за горизонта, медленно поплыло к зениту. Грея остывшую за ночь землю. Над водой у реки, появился туман. Наступающий день, обещал быть ясным и теплым.
Сидя на лавочке, Эльжбета почувствовала себя сильно обиженной и бессильной, что-то изменить в своей жизни, и тихо заплакала от осознания своего бессилия. Она очень любила заплывать в воду, в этой не большой речке и наслаждаться там свежий, проточной водой. Эльжбета смотрела как бегает по поверхности воды речная молодёжь, как степенно плавают большие рыбы. Вот все дома, а я?!! И от этой мысли, слёзы у неё потекли ещё сильнее. Она знала, что вот по той корягой отдыхает сом Никодим, который уже вот как 25 лет живёт, под этой корягой. Там дальше в камышах стоит щука, а под вот этой небольшой коря жёнкой пристроился жить налим Анатоль. Вот и всё, что было на этом участке небольшой речушки. За исключением вечно снующих туда-сюда карасей и сазанов.
Вдруг сзади неё раздались тяжёлые шаги, а затем зашумел камыш. Она, утерев слёзы, тихо опустилась в воду и исчезла под ней. Но какое-то внутреннее чувство, остановило её и не дало отплыть далеко. Обернувшись и посмотрев на берег сквозь воду. С удивлением увидела, что на берег реки пришёл ещё один её обидчик, местный тракторист Мишка. По прозвищу Кулдубеша. Он был, что называется весёлым мужиком и никогда подлец, не унывал. Так как по мнению их сельских баб - был сельским лодырем, откровенным пьяницей, и жутким бабником.
Ах ты рыбки захотел, мелькнула злая мысли в голове у русалочки. Ни одной рыбы сегодня тебе не дам, решительно произнесла русалка и позвала к себе карася Ваську. Объяснив тому задачу и получив в ответ, молчаливый кивок от Васьки. Русалка, отплыв на противоположную строну и выйдя из воды, осторожно влезла на ветвь у толстой ракиты. Понаблюдать за Кулдубеем.
Она четко знала, что был у Мишки один недостаток. Он очень любил кушать свежую рыбку, а ещё больше уплетать вяленную под трёхлитровую банку наполненную пивасиком. Ну, был грех, а кто из нас и без него, а?! Поэтому он ещё был и заядлым рыбаком, что очень сильно мешало ему лениться, и спать каждый день, до обеда.
Размотав снасти, Мишка закинул леску, привязанную к удилищу из хорошего ореха. Вырезанного им лично, недалеко у леса рядом с Башкино. Их местные мужики говорили, что там самые лучшие побеги из молодых ореховых зарослей и именно для удилищ. Удилища оттуда получаются тонкие, но прочные. Таковыми удилища становились, только если их правильно высушить, а высохнув они служили людям не один десяток лет. Ну, если ты не дурак, а так как Мишка не был дураком и знал все эти деревенские причуды. Он на своём тракторе съездил туда, ещё прошлой осенью. Вырезал там себе несколько удилищ, и они всю зиму сохли у него на стеллаже, в сарае, а теперь Михаил Николаевич захотел порыбачить. Ну, де морская рыба, продающаяся в магазине ему, уже претит. Надобно и рыбки из пресного водоёма откушать. На самом же деле, его молодой бригадир Алексей Иванович. Еще накануне, показал ему большой кукиш и сказал, падла усатая:
— Вот тебе лодырь, а не зарплата за прошлый месяц.
Эльжбета усмехнувшись и глядя с ветки на незадачливого рыболова, про себя подумала – «Сейчас я тебя устрою рыбалку, я тебе за тот позапрошлый год, что ты мне изгадил. Весь мой отдых, здесь на реке, отомщу». Она хорошо помнила, как тот загнал свой трактор, в её протоку на целый месяц, а сам запил. Подлец. А ещё… Когда она целовалась, за их сельским клубом с их молодым бригадиром. Эта пьяная морда, тихо подойдя к ним и дыхнув перегаром, ляпнул:
- Алексей Иванович, а в Уголовном кодексе есть статья, за совращение малолетних.
И качаясь, заржал. Алёшку, тогда от неё, как ветром сдуло и сколько бы она потом не старалась. Тот к ней так больше и не подошел, а эта пьяная морда хохотал над ними во всё горло и рассказывал всем, что увидел за клубом.Эльжбета потом провожая пьяного Мишку до самого дома, старалась применить к нему все свои чары, чтобы ему навредить. Тот только икал и матерясь хохотал над собой, когда падал, но вставал, и дошел до дома. Вот сволочь. Да я тебя…
Тем временем Мишка, усевшись на лавочку под ракитой,стал самозабвенно ждать клёва. Но речная живность, словно провалилась вся, под большую корягу. Даже ветер стих.
— Вот те на…
Задумчиво произнес Кулдубей и откинулся спиной, на вбитые сзади палки ракиты у импровизированной лавочки. Да молодцы городские рыбаки, как все тута обустроили, а?! Я бы не в жизнь тута ничего не сделал, а они во, как и лавочку со спинкой обустроили, и подставки под удилище воткнули, и пятачок для ловли рыбы выровняли. Благодать, да и только. Размышлял Мишка. Пусть работают, а я потом тут, когда они все обустроят и отдохну. Мне тута обустраивать некогда, я всегда летом пропадаю на работе. То тебе сев, а - то уходные работы, а потом уборка. Во на как у прошлом году, я славно весь июнь прогулял-то и все по тому, что я умный, а не какой-то Вам сельский лапоть.
Вот тебе и на, получив задание от русалки, рассуждал про себя, карась Василий. От этих мыслей глаза его вылезли, что
 |
| Помогли сайту Праздники |
действительно целовался.При цитировании ссылка на сайт обязательна. Exsodius 2008 - 2026