— Опять ночью бодрствуешь? — такое сообщение утром прислал мой друг Серж, заметив, что я была онлайн в совершенно неприличное для нормальных людей время.
— Да, у меня снова бессонница после командировок, сбивается ритм и продолжительность. Сплю по 2–3 часа в сутки, это изматывает, глаза устают.
— Может, показаться неврологу? Невролог — это не психиатр. Никуда в личное дело обращение не фиксируется. Невролог специализируется именно на таких вот проблемах.
— Снотворные пить не хочу, чтобы не привыкать к ним.
Отправив сообщение, я покачала головой. Порой собственная логика ставит меня в тупик. Не могу уснуть, но при этом боюсь привыкнуть к тому, что помогает спать. Серж недолго заставил себя ждать и прислал следующее сообщение:
— Возможно, лекарства он пропишет не снотворного действия, а укрепляющие иммунитет и нормализующие работу нервной системы. Нервная система ведь у всех есть. И наверняка есть препараты, восстанавливающие её деятельность. Скорее всего, там будут витамины. Ещё что-то. То есть безобидные для человека процедуры. Удары током и замораживание в жидком азоте там не используют. Хотя точно не знаю…
Я улыбнулась. За что я люблю Сержа, так это за его способность одним сообщением одновременно проявить заботу и развеселить. Я представила сурового невролога, который встречает пациентов с электродами в одной руке и баллоном с жидким азотом в другой. В моей голове он почему-то носил усы советского физрука. Стало жалко бедолагу, которому предстояло попасть к такому врачу. Всё ещё посмеиваясь, я принялась набирать ответ.
— Года два-три назад я обращалась и к неврологу, и к сомнологу. Тогда мне назначили магний и витамины группы В. Снотворные я принимать отказалась, так как отношусь к ним с недоверием. В целом я уже привыкла к своей бессоннице: она обычно приходит раз в год и держится около месяца. В это время я стараюсь направлять её в творчество. Потом постепенно возвращаюсь к привычному ритму сна.
Серж уже не в сети. Я закрыла окно переписки. Настроение, которое поднял друг, никуда не исчезло, и всё-таки мысли вернулись к бессоннице. Вообще-то я жаворонок. Люблю ложиться до полуночи и просыпаться в пять-шесть утра, когда город ещё спит. А бессонница нарушает мой привычный распорядок. Я успела перепробовать все безобидные способы её перехитрить. Есть люди, которые перед сном считают овец. У меня же овцы не прыгают через забор, а устроили возле него производственное совещание. Паршивые овцы решили перенести вопрос моего сна на неопределённый срок.
Бессонница похожа на эксцентричную соседку. Пришла, развалилась и ещё недовольна тем, что я пытаюсь ей помешать. Наше очередное противостояние начинается с малого. Я не ужинаю за два часа до сна. В интернете пишут, что полный желудок мешает заснуть. Ложусь в постель голодной и минут через сорок понимаю, что теперь мне не спится ещё и потому, что в холодильнике одиноко грустит кусочек сыра, а рядом терпеливо дожидается своего часа добрая половина шарлотки. Мы втроём скучаем друг по другу. Встаю и завариваю ромашковый чай. Ромашка пахнет детством, бабушкиным палисадником и спокойствием. Выпиваю кружку медленными глотками, с надеждой всматриваясь в её золотистую поверхность. На всякий случай заглядываю в кружку ещё раз… вдруг сон осел на дно. Не помогает. Хотя нет, вру. Один раз показалось, что чай помогает, хотя в тот день я и без того здорово вымоталась. Иду в душ. Тёплая вода шумит умиротворяюще. Возвращаюсь в спальню, устраиваюсь поудобнее, закрываю глаза… и вспоминаю, как однажды полчаса торговалась на базаре за пучок райхона, а потом всё равно купила его по первой цене. Спасибо, мозг… очень своевременно. Отключаю ноутбук, убираю телефон подальше. Никаких гаджетов. Только темнота и тишина. Спустя двадцать минут понимаю, что тишина на удивление разговорчива. Она принимается обстоятельно разбирать мои последние командировки и уверяет, что во всём виноваты перелёты, смена часовых поясов и сбившийся биоритм. Неохотно соглашаюсь. Пожалуй, тишина действительно знает, о чём говорит.
В Центральной Азии даже ночью жара не спешит отступать, она лишь становится чуть-чуть терпимее. Воздух пахнет горячим асфальтом и политыми вечером деревьями. Подушка нагревается быстрее, чем я успеваю перевернуть её на холодную сторону. Открываю окно, надеясь, что станет прохладнее. Случайно замечаю своё отражение в стекле и думаю, что со стороны, наверное, выгляжу как привидение: блондинка в белоснежной ночнушке на фоне тёмной квартиры. Осталось начать бродить по комнате и пугаться собственного отражения. К счастью, вокруг есть кому составить мне компанию. За окном стрекочут какие-то неутомимые насекомые. Где-то вдалеке лениво проезжает машина. Местная собака считает своим долгом сообщить всей улице, что она тоже не спит. Ей отвечает вторая. У нашего подъезда останавливается влюблённая парочка. Сначала они о чём-то долго шепчутся, потом замолкают, после тихонько хихикают. Очевидно, бодрствовать буду не я одна.
Ну вот, дошла очередь и до дыхательной гимнастики. Вдох на четыре счёта… задержка… выдох… повторить. Судя по ощущениям, дышать я давно научилась. Осталось научиться спать. Смотрю на часы. Половина третьего. Потом без четверти четыре. И вот уже четыре. Перестаю бороться. Бессонницу невозможно победить упрямством. Снова иду в душ, но теперь открываю холодную воду, и она приятно охлаждает кожу. Из ванной выхожу уже не с мыслями о том, что не удалось уснуть, а с ощущением, что у меня неожиданно появилось несколько свободных часов. Беру альбом, краски, кисти, карандаши. Пока всё это доставала, дважды уронила зелёный карандаш. Похоже, он ещё не проснулся. А белый лист послушно принимает первый штрих.
Понемногу светлеет небо. Рядом с рисунком появляются строки стихотворения. Позже открываю новый документ и начинаю рассказ. Герои оживают быстрее, чем я успеваю придумать им характеры. Они спорят, смеются, влюбляются, совершают глупости и принимают решения, о которых я их не просила. Порой мне кажется, что не я их создаю, а они помогают мне пережить ночь. И всё-таки Серж прав, надо обратиться к неврологу. Правда, уже к новому специалисту, потому что мой прежний невролог была женщиной и осталась в другой стране. Да и представить её с усами советского физрука было бы сложно даже для моей бессонной фантазии. Интересно, каким окажется новый врач?
Когда утренние солнечные лучи наполняют комнату, на душе становится легко. Конечно, я предпочла бы высыпаться как обычный человек. Но раз уж бессонница всё равно приходит без приглашения, лучше придумать ей занятие. Пойду мыть кухню.
