(Ветеран СВО Терещенко Андрей Алексеевич)
-А? Что? – пытается вскочить на кровати Андрей, расплющивая глаза. Озирается и дико смотрит на Серегу, соседа по палате. – Чё надо?
-Ничё! Шибко громко воюешь во сне. Всю палату перебаламутил, черт. Гнал в бой. А мы, знаешь ли, как-то не совсем сейчас готовы воевать.
-А-а. Ну простите, хлопцы! Это я не нарочно.
-Да ладно! Мы все здесь такие же вояки, как ты. А ты, я смотрю, уже маленько оклемался. А то все в отключке был. Температура зашкаливала. Врачи думали даже, что гангрена у тебя началась. А вот, видишь, откачали.
-Давно я здесь?
-Не знаю. Я сам здесь только четвертые сутки. Меня с Богдановки сюда доставили. Ну, вот, после реанимации в палату привезли. А тут ты воюешь. Силен, брат! Только отвоевался уже, видать. Чего ты там без руки-то навоюешь?
-А ты?
-И я тоже. У тебя хотя полруки оторвало, а у меня всю до самого плеча. Болит, стерва! Её нет, а она болит. Как это надо понимать? А еще морду покорежило, и глаз вылетел. Повязки снять если, так с ума можно сойти. И самое-то что обидно, что и повоевать не успел. Ты давно здесь на ЛБС?
-Полтора года, не считая учебки, - ответил Андрей.
-А в учебке долго был?
-Не. Три недели в Перевальске. Это в Крыму.
-А что так мало?
-Так я уже служил по контракту до 22 года. Ну, а в Крыму пришлось маленько переучиваться.
-Ну, да. Теперь война совсем другая, чем когда-то была. А я вот только из учебки приехал, немного на полигоне под Луганском пострелял и потом сюда прислали. Со мной луганские ребята сюда под Часов Яр приехали. Хорошие хлопцы, правильные.
-Я тоже на полигоне здесь был. И тоже с луганцами. Мы потом вместе Клещеевку брали. Молодцы ребята! Серьезно воюют и грамотно. И не боятся ни огня, ни смерти, ни черта, ни этих проклятых укропов.
-Они за свою землю воюют.
-А мы не за свою? Не уничтожим если этих фашистов здесь, они на наши земли попрут.
-Ну, это да. Эх, мне бы только вернуться к ребятам в часть! Хотя бы еще с десяток бандеров уничтожить!
-Тебя на передовой только, брат, и не хватает, - усмехнулся Андрей. – Укропы как увидят твою морду, сразу же от страха разбегутся.
-Эй, мужики! – сердито сказал раненый у окна. – Вы долго еще трепаться там будете? Поспать не дают.
-Хватит уже спать! – отозвался Серега. – Утро уже. Скоро сестра градусники притаранит. А мужик, наконец, в себя пришел. Надо же ему человеком себя почувствовать. Пусть выговорится.
«Душевный парень, этот Серега, - подумал Андрей.- А ведь ему куда тяжелей, чем мне».
-Ладно, Серега, не будем нервировать пацанов, - сказал, - пусть досыпают. И я подремлю малость.
Но подремать не получилось. Мысли всякие полезли в голову. Родной дом в Казанской под Кропоткином вспомнился, родители уже в возрасте, дочки еще соплюшки: старшей 13, а младшей и вовсе 4 годика. На ноги их надо как-то поднимать, стало быть работать надо. А какой из него теперь работник?
Вспомнил депо в Кропоткине, вагоноремонтный цех, где он работал слесарем-ремонтником до службы. Хорошо работалось. Ребята там мировые с ним работали. Теперь, конечно, в депо дорога закрыта. Без руки-то много наработаешь? А он всю жизнь привык что-то руками делать. И дома, и на работе.
Интересно, знают ли дома о том, что он ранен? Когда первый раз весной 24-го под Клещеевкой ранило, домой сразу же сообщили. Да и ранение было так себе, пустяковое. Осколочное. Мягкие ткани всего-навсего потрепало. Хотя почти полгода пришлось лечиться. Даже устал от этого лечения. Ну, летом вернулся к своим в часть. И сразу же пошли освобождать Часов Яр. Тут, конечно, покруче оказалось, чем в Клещеевке. Здесь, в Часиках, укрепрайон готовился хохлами еще с 2014. Бетонные укрытия, ходы сообщения, не говоря уже о том, что каждый дом использовался ВСУ как укрытие. А тут еще естественная преграда: Северодонецкий канал, за которым стояли очень серьезные силы ВСУ. В целом с 2014 по 2024 в Часовом Яру и вокруг него стояли 4 механизированные бригады, отдельная артиллерийская бригада, штурмовая бригада, спецподразделение Kraken и бригада «Помста», сформированная в январе 24 года на базе 3-го луганского пограничного отряда «Помста», что означает «Месть». Во, какие силы сосредоточены! Ничего удивительного, что с самой весны выбивают все эти силы из города.
До сих пор выбивают. Сам Андрей получил ранение, когда бои уже на подступах к городу шли.
Глупо все получилось как-то: не успел спрятаться в укрытие от дрона. Сам заскочил, а рукой задержался за стену. Вот и оторвало её. Сразу даже не понял, что случилось. Продолжал еще стрелять из укрытия. А потом отключился.
-Слушай, брат, - тихонько обратился к Сереге Андрей, - а сегодня какой день? Ну, дата какая, ты знаешь?
-Кажется, 15 октября 2024. А что?
-Так, ничего. Счастливые мы с тобой люди оказались.
-Как это понимать? – не понял Сергей.
-А так. Живыми из этой мясорубки выбрались. И в плен к фашистам не попали.
… Часов Яр был освобожден российскими войсками только 31 июля 2025 года.
После долгого лечения в госпитале и реабилитации, Андрей Алексеевич Терещенко был полностью комиссован из рядов Вооруженных Сил РФ в связи с инвалидностью; за мужество и отвагу, проявленные в боях, был награжден двумя медалями «За отвагу»; вернулся в родную станицу Казанскую и пошел работать охранником в местное ООО «Бородино». В конце концов, это тоже важная работа.
