В чёрный список включили меня, спустя 21 день после написания последней заметки. Теперь не могу пробраться к странице автора. Даже тайный лаз обнаружен ею, закрыт, заколочен заговоренными на крови летучей мыши посеребрёнными гвоздями.
Что делать мне, как жить, как думать, с кем дружить, кого называть врагами. Так и не ответила она мне на мучающие меня и до меня, Фёдора Михайловича Достоевского, "проклятые вопросы", перед тем как... Но Достоевский ушёл в мир иной. А я нет.
Горе и злосчастье предрекла она мне, могущественная повелительница разящего, как жало скорпиона, слова. И оно, размножаясь бесконтрольно, подобно злокачественной опухоли, окружает меня, берёт в полон. Маленькие, но въедливые буковки-шприцы вгоняют в меня холод...
О, Кай! Как я понимаю твоё состояние, невозможность увидеть в Снежной королеве мать снеговиков...Я двигаюсь то назад, то вперёд. Руки мои...Боже мой! Во что превратились они??? В клавиши. Теперь я аккордеон. Трепещите. Гамельнский дудочник,по сравнению со мной, теперешним и отвергнутым, жалкий дождевой червь...
Зеркало поворачивается ко мне то передом, то задом. Отражение, соответственно, хочет то по-маленькому, то по большому.
Услышь меня, жестокая, отпусти меня в другой список. Вспомни Шиндлера...
Автор заметки сей не несёт ответственности за эмоции и чувства читающих её. Ваше- это всегда ваше. А моё- лишь иногда моё...
Портос
Надо фабулоны? Могу подарить. У меня изрядно.