Евгений Шварц

На вопросы о своей литературной деятельности, Шварц обычно отвечал: "Пишу всё, кроме доносов"...
После нескольких инфарктов, когда врачи прописали писателю постельный режим, он впал в апатию, перестал работать в ожидании смерти, которую называл "самым длинным днём". Мрачно шутил, что подписался на 30- томное собрание сочинений Диккенса и гадает, на каком же томе это случится...
Из дневника:" Жил я сложно, а говорил и писал просто, даже не простовато, несамостоятельно, глупо. Раздражал учителей. А из родителей особенно отца. У них решено было уже твердо, что из меня "ничего не выйдет". И мама в азарте выговоров, точнее споров, потому что я всегда бессмысленно и безобразно огрызался на любое ее замечание, несколько раз говаривала:" Такие люди, как ты, вырастают неудачниками и кончают самоубийством".
В 1920 году Евгений Шварц женился на актрисе Гаянэ Халайджиевой. Перед браком крестился в Армянскую апостольскую церковь. И в паспорте у него долго стояло- армянин...
"Бургомистр. Всё идет великолепно, Генрих. Покойник воспитал их так, что они повезут любого, кто возьмет вожжи. Генрих. Однако, сейчас на площади...Бургомистр. Ах, это пустяки. каждая собака прыгает как безумная, когда её спустишь с цепи, а потом сама бежит в конуру".
Немало статей написано о творчестве Шварца. Одни подчёркивают обреченность, условность, фантастику, гротеск, неизменно присутствующие и сопровождающие всё и вся. Другие утверждают, что автор переосмыслил жанр сказки, подверг сомнению победу добра над злом. Третьи видят применение приемов монтажа в произведениях, выявление закономерностей общественного развития индивидуальной судьбы. Видимо, они все правы. Но мне кажется, что он просто "взялся за плуг и не повернул назад". Шёл вперед, переворачивал верхние слои своих мыслей, рыхлил их, перемешивал, засевал эмоциями, чувствами, переживаниями. Точно зная при этом, что именно взойдёт и когда...
" Он избавил нас от цыган. Но цыгане- очень милые люди. Что вы! Какой ужас! Я, правда, в своей жизни не видал ни одного цыгана. Но я ещё в школе проходил, что это люди страшные".
"Я три дня гналась за вами, чтобы сказать, как вы мне безразличны".
"Лучшее украшение девушки- скромность и прозрачное платьице".
Его обвиняли в формализме и антипатриотизме, запрещали пьесы, затем снова разрешали.
"Генрих. Но позвольте! Если глубоко рассмотреть, то я лично ни в чем не виноват. Меня так учили. Ланцелот. Всех учили. Но зачем ты оказался первым учеником, скотина такая?"
"С тех пор, как его величество объявил, что наша нация есть высшая в мире, нам приказано начисто забыть иностранные языки".
"Не обращайте внимания на то, что я улыбаюсь. В нашем кругу, в кругу настоящих людей, всегда улыбаются на всякий случай. Ведь тогда, чтобы ты не сказал, можно повернуть и так, и эдак."
"Зачем я в первые министры пошёл? Зачем? Мало ли других должностей. Я чувствую- худо кончится сегодняшнее дело. Дураки увидят короля голым. Это ужасно! Это ужасно! Вся наша национальная система, все традиции держатся на непоколебимых дураках. Что будет, если они дрогнут при виде нагого государя? Поколеблются устои, затрещат стены, дым пойдет над государством! Нет, нельзя выпускать короля голым. Пышность- великая опора трона"
Герои Евгения Шварца гуляют среди нас. Достаточно просто выйти на улицу, всмотреться, прислушаться...