| | Стихотворение ««Онегин жил, Онегин жив, Онегин будет жить» - продолжение 6гл 1часть» | «Онегин жил, Онегин жив, Онегин будет жить» - продолжение 6гл 1частьПослесловие...
Часть первая
«У пролетариев нет отечества» говорится
в «Коммунистическом манифесте»
К. Маркса и Ф. Энгельса.
Что на свете всего труднее? Видеть своими
глазами то, что лежит перед нами.
И. Гете
Работая над романом, я всё глубже и глубже проникал во времена Александра Сергеевича, в то не простое для России время для того, чтобы попытаться разобраться и понять поэта, эпоху побед и разочарования в политике, начало золотого века в литературе. Толчком, побудившим меня замахнуться, как сейчас говорят, на поиск истины, было не желание стать соавтором поэта. Продолжить его роман или ещё хуже мистифицировать читателя реконструкцией сожжённой десятой главы «Евгения Онегин» и, таким кощунственным образом, поставить себя на уровень гения, узурпировав его авторское право и перенести слово конец в романе, не имеющего себе равных в российских аналогах. Стесняясь справедливого вопроса, почему только российских? 5540 рифмованных строк романа «Евгений Онегин» были и остаются кистью винограда, которую пытаются сорвать переводчики. Первым соблазнился, сделав перевод стихами на английский, Генри Сполдинг (Spalding). Видя несостоятельность этой и всех последующих попыток, не устоял и наш соотечественник В. Набоков, но и он, носитель русского языка и культуры, смог перевести роман только ритмической прозой, передав лишь фабулу пушкинского повествования, на что авторитетнейший специалист К. Чуковский сказал: «Перевод "Евгения Онегина", сделанный В. Набоковым, разочаровал меня. Комментарий1 к переводу лучше самого перевода». В статье «Онегин на чужбине» К. Чуковский приходит к окончательному выводу, что переводчики превращают пушкинский роман в стихах «в дешёвый набор гладких, пустопорожних, затасканных фраз». Но секрет не в переводчиках, подсказывает нам князь П. Кропоткин в своих лекциях по истории русской литературы и эстетике, прочитанных им в 1901 г. и вызвавшими немалый фурор в Бостоне. Свой литературный экскурс в бостонских лекциях, Кропоткин начинает с осмысления самой глубинной основы русской литературы – с русского языка. Опираясь на лингвистические структуры (грамматику, лексикологию, фразеологию) русского языка, Кропоткин делает ряд тонких наблюдений: «…Русский язык особенно богат в выражении различных оттенков чувств – нежности и любви, скорби и веселья, а также различных степеней того же самого действия. Его гибкость особенно сказывается в переводах, и ни одна литература не может похвалиться таким количеством превосходных, точных и истинно поэтических переводов иностранных авторов, каким обладает наша литература». «… Приходится только удивляться, что перевод Библии, сделанный в IХ ст., на языке, которым тогда говорили в Болгарии и Македонии, до сих пор в общем понятен даже русскому простолюдину». Достояние русской народной словесности Кропоткин расчленяет на составляющие части – сказки, песни, былины, летописи и, характеризуя каждую из них, приходит к тому, что он называет «ранней народной литературой» – плодоносное и родоначальное ядро русской литературы в ореоле её характеристических параметров. По этой части князь делает обобщающий вывод: «Ранняя народная русская литература, которая лишь отчасти хранится в памяти крестьянского населения, отличается поразительным богатством и полна глубокого интереса. Ни одна западноевропейская нация не обладает таким поразительным богатством народного творчества, в форме преданий, сказок и лирических народных песен, – причём некоторые из них отличаются необыкновенной красотой, – и таким богатым циклом эпических песен, относящихся к седой древности». Однако, говоря о возникшей проблеме, было бы несправедливо не указать ещё одну и, пожалуй, основополагающую причину, в которую упёрлись все переводчики, дав слово Михаилу Задорнову: «…Мы, в трудных ситуациях, спасаем душу…» в отличие от остального цивилизованного мира и подвести черту предупреждением Александра Сергеевича: «Переводчики - это подставные лошади просвещения». Зачастую посредством их скрывается от нас глобальная истина2.
Банально, но скорее всего, толкнуло меня писать то, что я понял, что всего два дня разделяют наши дни рождения, о чём: «Наконец – то, втолковала мне реклама, (в которой читались отрывки из романа «Евгений Онегин»), постоянно напоминавшей о количестве оставшихся дней до юбилея, 200-летия со дня рождения поэта». Внезапно возникшее желание написать роман, (стихи «в ящик», я писал всегда) стало подталкивать меня подхватить эстафету, войти в дверь, как мне показалось в начале, провокационно оставленную открытой. А дальше, окунуть со школы полюбившиеся имена, в наши проблемы, потому что события в стране странным образом очень напоминали планы, которые не удалось осуществить декабристам, но успешно реализовывавшиеся сейчас. Свобода, неотъемлемая свобода, полная свобода, ведь они предлагали в отличие от царя, освободить крестьян на английский манер - без земли. Нас тоже освободили, как оказалось на английский манер: без средств производства, без средств к существованию, а многих даже без родного языка. «Таков закон дворца, где правит зло: то ты в седле, то на тебе седло3». Мои, ещё не до конца сформировавшиеся позывы, окончательно укрепились пророческим текстом стихотворения «Воевода Милош», попавшимся, как по наитию на глаза, когда я открыл первый том собрания сочинений мастера, а начиналось оно словами: «Над Сербией смилуйся, ты боже». Сомнения и вопросы исчезли, а работа растянулась на 9 лет, но так как все в этом мире имеет начало и конец, то остался последний штрих, поделиться с вами пониманием той пропасти лжи, которая отделяла нас от истинной личности патриота, пророка, гражданина4 - Александра Сергеевича. «…Основателя новой словесности, новой русской культуры, нового русского общества5». И мне кажется, мы найдём ответ на вопрос, поставленный ещё Ф. Достоевским. Почему наши критики до сих пор силятся не понимать Пушкина? Параллельно хотелось напомнить, что во времена античности, вообще, не знали рифмы, рифмы нет и в «Гамлете», подобную форму письма применяет Александр Сергеевич в трагедии «Борис Годунов». На что Белинский вывел: «Прежде всего, скажем, что Борис Годунов Пушкина – совсем не драма, а разве эпическая поэма в разговорной форме…». «…В британской поэзии есть зрительные рифмы ну, например rove - love или у Шекспира «gone – alone», которые не являются звуковыми, рифмующимися при чтении. В русской поэтике такого нет, наоборот, «девица – напиться» исключительно фонетическая рифма». В английском журнале «Foreign Quarterly Review» за 1831. Vol. 8. № 15. July сообщалось о выходе «Бориса Годунова», который «красотою языка и поэтическим богатством превосходит все предыдущие творения» Пушкина.
Размышляя о Родине Д. Мережковский, писал: «Если он есть, есть и она ... Пушкин так же, как Петр, - не дар, а залог, не исполненье, а обещанье русской всемирности...»
1.Комментарий составил 1100 страниц.
2.Гегель утверждал, что его философию бесполезно изучать на любом другом языке, кроме немецкого.
3.Цитата из поэмы «Шах - намэ» (Книга царей) заключает 17000 стихов, автор Абуль Касим Фирдоуси - величайший поэт Ирана.
4.«Гражданин» - литературно - политический журнал - газета, издавался в Петербурге с 1872 – 1914 г., «Гражданин» был органом патриотически настроенного монархического дворянства, выступавшего против либерально - космополитического и революционного наступления на Русское государство, а также подмены западными «новшествами» исторических основ русского народа, и прежде всего Православия и Монархии. В «Гражданине» Ф. Достоевский впервые опубликовал свой «Дневник писателя».
5.Из письма В. Игрунова к Г. Павловскому 1 - 6.01.85 г.
Текст, выделенный фигурными скобками, принадлежит Пушкину.
Что за порядок наш Евгений
Смог учредить, узнали мы:
“Но «Гостя каменного1» тени
Толкают снова в царство тьмы”.
В боях, добытая свобода,
Уже, стоявшая у входа,
Ушла, забрав, с собой надежды,
В итоге, рабство, как и прежде.
Мечты Онегина злой критик
Понять не смог, он не творец.
Он с гением всегда борец,
А не историк и политик -
Глубокий, истинный мыслитель,
«Киса»2–дворянский предводитель
1.Каменный гость был повсюду: на улицах и площадях, на вокзалах и в домах, дворцах культуры и отдыха, в парках и скверах, уч. и гос. учреждениях и, конечно, в ритуальных «ленинских комнатах» - очередном творении К. Малевича.
2.«Отец русской демократии» по Ильфу и Петрову, - «Киса».
{«…Ярем от барщины…»} тяжёлой
{«…Оброком1 легким заменил
И раб судьбу благословил…»}
В глуши запахло новой школой,
Евгений сим себя сгубил.
Великий Пушкин смог идею
Свободы, равенства, злодею,
Помещику – крепостнику, вплести,
Не сверху, снизу донести.
{«…Зато в углу своем надулся,
Увидев в этом страшный вред,
Его расчетливый сосед;
Другой лукаво улыбнулся,
И в голос все решили так,
Что он опаснейший чудак».}
1.По закону Александра I «О свободных хлебопашцах» от 20 февраля 1803 г. помещики получили право освобождать крепостных поодиночке и селениями, с обязательным наделом землей. За свою волю крестьяне выплачивали выкуп или исполняли повинности. В результате свободными стали всего около 50 тысяч земледельцев, тогда как аграрную Россию в то время населяло 40 миллионов человек. Стихотворение А. Пушкина «Деревня», фрагмент которого распечатан ниже, было одобрено императором, но не одобрен был закон теми, кто должен был его исполнять (владельцами душ человеческих).
Деревня (фрагмент)
{… Но мысль ужасная здесь душу омрачает:
Среди цветущих нив и гор
Друг человечества печально замечает
Везде невежества убийственный позор.
Не видя слёз, не внемля стона,
На пагубу людей избранное судьбой,
Здесь барство дикое, без чувства, без закона,
Присвоило себе насильственной лозой
И труд, и собственность, и время земледельца.
Склонясь на чуждый плуг, покорствуя бичам,
Здесь рабство тощее влачится по браздам
Неумолимого владельца.
Здесь тягостный ярем до гроба все влекут,
Надежд и склонностей в душе питать не смея,
Здесь девы юные цветут
Для прихоти бесчувственной злодея.
Опора милая стареющих отцов,
Младые сыновья, товарищи трудов,
Из хижины родной идут собой умножить
Дворовые толпы измученных рабов.
О, если б голос мой умел сердца тревожить!
Почто в груди моей горит бесплодный жар
И не дан мне судьбой витийства грозный дар?
Увижу ль, о друзья! народ неугнетенный
И рабство, падшее по манию царя,
И над отечеством свободы просвещённой
Взойдет ли наконец прекрасная заря?}
Мы ещё вернёмся ко второму, принудительному освобождению крестьян от рабства, чтобы не забывать цену, которую заплатил освободитель, а пока постараемся понять причину, почему раскрученный коммерческий проект «Евгений Онегин», автор не превращает в мыльную оперу для получения стабильного заработка, и это несмотря на финансовые затруднения1. Причина (как всё истинно великое) проста, оставить МОРАЛЬНОЕ ЗАВЕЩАНИЕ потомкам2, закончив которое, гений слегка прикрыв дверь, выбрасывает от неё ключ, со словами «…Кто не дочёл её романа», но какой эффект от такого приёма? «Ай, да Пушкин…».
1.Вызывает уважение поведение императора Николая I, считавшего Александра Сергеевича «самым умным человеком России». Он после его гибели рассчитался не только со всеми долгами поэта, а их набежало около 100.000 руб., а также оказал финансовую поддержку семье, назначил жене и детям приличную пенсию и приказал издать полное собрание сочинений Пушкина за счет государства.
2.Эпическая фабула романа заканчивается отказом Татьяны от единственного человека, которого она любит и будет любить, говорит о её воле, нравственной чистоте и сильно развитом чувстве долга. Татьяна просто не способна лгать человеку, который ей предан, или обречь его на позор, в её образе гармонически соединились лучшие стороны дворянской и простонародной культуры, и таким образом, она предстаёт в романе воплощением национального русского духа и пушкинским идеалом. Что так же заметил в отличие от многих других В. Белинский. «…Но едва ли не выше подвиг нашего поэта в том, что он первый поэтически воспроизвёл в лице Татьяны русскую женщину». В результате почти два века, образ созданный Александром Сергеевичем, вселял надежду и сохранял в чистоте женское начало и начало начал - семью. И даже сейчас, когда славянофильство проигрывает на всех фронтах, а западничество празднует победу. Фундамент не разрушен, покосившиеся стены ещё удерживают прохудившуюся крышу, и, видимо, поэтому, подавляющее число мужчин западного мира мечтают не о силиконо-эмансипированных, с откорректированной внешностью, стоя справляющих нужду (при помощи так называемого P-mate) – «брендах», а об естественных «русских душою» красавицах. В книге "Конец феминизма. Чем женщина отличается от человека” А. Никонов прямо-таки совсем неполиткорректно заявил: «Человек всё-таки социальное животное. Каждый из нас получает не просто опыт родителей, но и обобщённый опыт человечества».
Великий Лев Толстой, может быть, потому и недолюбливал Пушкина, что ему пришлось закреплять МОРАЛЬНОЕ ЗАВЕЩАНИЕ великого поэта. «Толстой говорил, что самая мысль о романе из современной жизни "пришла" "благодаря божественному Пушкину ". Он с тревогой задумался над тем, что сталось бы с пушкинской Татьяной, если бы она нарушила свой долг. Чтобы ответить на этот вопрос, он должен был написать роман "Анна Каренина". И Толстой написал свой "пушкинский роман"» - свидетельствует Г. Бабаев. «Мне отмщение, и аз воздам» - начинается он цитатой из библии, повествуя историю падшей женщины. Жизнеутверждающие главы житейских правил, объединённых в единую книгу “Домострой”, утратили свою актуальность, а потому морально - психологические проблемы, лежавшие в основе гибели Анны Карениной, по большому счёту, окажутся аналогичными и для Российской Империи, априори напомнив закат Рима и слова отца - основателя мир - системного анализа И. Валлерстайна: «Истинной причиной упадка исторических систем является падение духа тех, кто охраняет существующий строй». (Вирус СПИДа, прикрывшись одеждами любви, проникает с целью полного и неизбежного разрушения всяческой материи, без остатка.) Мопассан писал: «Писатели ищут поступок или жест, который неизбежно будет сделан («или не сделан» - доп. автора) человеком в определённом душевном состоянии, при определённых обстоятельствах».
{Глава восьмая (Оригинал)
«Fare thee well, and if for ever
Still for ever fare thee well1» - Дж. Байрон
48
Она ушла. Стоит Евгений
Как будто громом поражён
В какую бурю ощущений
Теперь он сердцем погружен!
Но шпор внезапный звон раздался,
И муж Татьяны показался
И здесь героя моего,
В минуту, злую для него
Читатель, мы теперь оставим,
Надолго… навсегда. За ним
Довольно мы путём одним
Бродили по свету. Поздравим
Друг друга с берегом. Ура!
Давно б (не правда ли?) пора.}
1.Прощай, если и навсегда, то навсегда прощай. (Джордж Гордон Байрон в своём итоговом произведении «Дон - Жуан» громит продажных поэтов, писателей, публицистов. Гневно отпевает философов и экономистов; обличает ложные, человеконенавистнические теории. Восстав против мнений света, он, показывает истинное лицо Англии - «тюремщика наций», указывает на конкретных виновников.
Дон - Жуан
Дж. Байрон (фрагменты)
… Её считает злой, враждебной силой
За то, что всем, кто видел в ней оплот,
Она, как друг коварный, изменила
И, перестав к свободе призывать,
Теперь и мысль готова заковать.
…О, золото! Кто возбуждает прессу?
Кто властвует на бирже? Кто царит
На всех великих сеймах и конгрессах?
Кто в Англии политику вершит?..
...Ротшильда и Беринга мильоны!
Неизвестно, до чего бы, вообще, договорился член палаты лордов и как далеко бы зашёл великий английский поэт, учитывая, что он сумел осуществить всего не более двух третей своего обширного замысла. Эпос задумывался в 24-х песнях, где автор предполагал показать жизнь своего героя в Германии, Испании, Италии, а закончить повествование гибелью Жуана во Франции в период Великой французской революции, он должен был быть гильотинирован Робеспьером. Не закончив поэму, не ответив на вопросы, почему борьба за лучшую жизнь всех людей, за идеалы свободы, равенства, братства и справедливости, для многих превратились в ужасы репрессий, террор, варварский беспредел и смерть, поэт уходит из жизни, простудившись под дождём, в возрасте [37] лет. Мистическое совпадение, но А. Пушкин тоже не смог описать закулису победы Великой французской революции, в возрасте [37] лет его настигает пуля заказного убийцы. Величайший поэт, не побоюсь этого слова, конца каменного века, когда поэтический олимп сплошь захватили коньюктурщики, В. Высоцкий написал следующие гениальные строки.
О фатальных датах и цифрах
Кто кончил жизнь трагически - тот истинный поэт,
А если в точный срок - так в полной мере.
На цифре 26 один шагнул под пистолет,
Другой же в петлю слазил в «Англетере».
А в 33 Христу - Он был поэт, он говорил:
«Да не убий! Убьёшь - везде найду, мол», -
Но гвозди ему в руки, чтоб чего не сотворил,
Чтоб не писал и ни о чем не думал.
С меня при цифре 37 в момент слетает хмель.
Вот и сейчас, как холодом подуло:
Под эту цифру Пушкин подгадал себе дуэль
И Маяковский лёг виском на дуло.
Задержимся на цифре 37. Коварен бог -
Ребром вопрос поставил: или - или.
На этом рубеже легли и Байрон, и Рембо.
А нынешние - как-то проскочили.
Дуэль не состоялась или перенесена,
А в 33 распяли, но не сильно.
А в 37 - не кровь, да что там кровь - и седина
Испачкала виски не так обильно.
Слабо стреляться? В пятки, мол, давно ушла душа?
Терпенье, психопаты и кликуши!
Поэты ходят пятками по лезвию ножа
И режут в кровь свои босые души.
На слово «длинношеее» в конце пришлось три «е».
Укоротить поэта! - вывод ясен.
И нож в него, но счастлив он висеть на острие,
Зарезанный за то, что был опасен.
Жалею вас, приверженцы фатальных дат и цифр!
Томитесь, как наложницы в гареме:
Срок жизни увеличился, и, может быть, концы
Поэтов отодвин |
|
|
